Один из центральноевропейских этносов

Один из центральноевропейских этносовВ последнее время в целом возобладала этимологическая концепция самоназвания *s\ovene ‘славяне’ как первоначально означавшего ‘ясно говорящие’ [108, 109]. Думается, что она более адекватно отражает древнее этническое самоназвание с его первостепенной актуальностью самоидентификации по принципу “мы” – “они”, поэтому другая попытка, исходящая от историка Восточной Европы Г. Шрамма, с осмыслением *slovene как *Sloven(t)-n – от *SIovQta ‘Днепр’, т.е. ‘днеп-ряне’ [ 110], не может встретить нашего сочувствия ни с формальной стороны, ни со стороны этнолингвистической, чем, видимо, и вызвано то, что Шрамм до сего времени, к его огорчению, не получил положительного отклика (Widerhall). Все исследователи интуитивно понимают, что название *slovene не было изначальным4; значит, был период времени, когда этого названия у славян не было. Что же было тогда? Эта пустота вместо этнического самоназвания у славян действует на исследователей угнетающе, и они – в убеждении, что в этой функции должно было быть что-то еще более древнее – продолжают свои поиски и приходят, например, к тому, что древнейшим именем славян было VenetilVenedi [112]. Примерно такой же точки зрения придерживаются В. Георгиев и И. Дуриданов (выступление на IX Международном съезде славистов). В такой форме это утверждение, конечно, неверно, а верно лишь то, что, как известно, имя венетов-венедов было вторично перенесено на славян главным образом их западными соседями после того, как славяне заполнили “этническую пустоту”, оставшуюся после ухода венетов, бывших прежде к востоку от германцев (содержащееся, далее, в статье Го-ломба отождествление имени венетов и вятичей, наконец, попытка подвести под и.-е. *uenet – понятие “воин” в духе трехчастной социальной структуры индоевропейцев по Бенвенисту-Дюмезилю – все это, скорее, сомнительно).

Один из центральноевропейских этносов, лишь значительно позже усвоивший самоназвание *slovene, говорил на языке (или группе диалектов), архаичность которого (правда, весьма специфическая, поскольку она представляет собой сочетание продвинуто-сти, т.е. центральности, славянской языковой эволюции со специфически славянским – преобразованным архаизмом) и в наше время вызывает удивление, в том числе и у неславистов: “Так, можно с полным правом удивляться по поводу того, как, несмотря на раннюю письменную фиксацию ст.-слав. лЪвъ “левый”, русск.

Responses are currently closed, but you can trackback from your own site.

Comments are closed.