Posts Tagged ‘историков’

Южная локализация праславянского ареала

Южная локализация праславянского ареалаВ том же направлении ориентируют нас и разыскания других ученых по самостоятельным, хотя и смежным (фонетическим) вопросам. Здесь уместно назвать работы И. Марвана над генезисом стяжения (контракции) в славянском, в которых говорится о праславянской древности явления. И если мнение автора о стяжении как одном из главных факторов разделения праславянского языка кажется преувеличенным и в принципе едва ли удачным, то его главный вывод о том, что фокусом (географическим центром) явления была

Среднедунайская концепция праславянского ареала

Среднедунайская концепция праславянского ареалаСамо название реки Тиса, далее – название реки Темеш обладают не славянскими, но явно индоевропейскими признаками происхождения, без четкой языковой характеристики, возможно даже, что они принадлежат к тому потенциально над-диалектному гидронимическому слою, который носит название “древнеевропейской” гидронимии: *fisa или *fisia ‘спокойная’ или ‘просторная’, ‘прямая’, *tdtnisia ‘темная’ (тот факт, что эти названия характеризовали природные особенности

Нашествие волохов

Нашествие волоховБачича, который вскрыл зависимость этого Анонима от Иордана вообще (”Iordanus sapientissimus cosmographus”, Rav. An., там же) и в частности – в его представлениях о Скифии. Иордан представлял северную часть ойкумены из двух частей – Германии и Скифии, которые встречались у Мурсианского озера (в нынешней Хорватии); при этом по Иордану,

Среднедунайский арел

Среднедунайский арелС чем, конечно, нам трудно согласиться, ср. аргументы, приводимые также далее и свидетельствующие о вторичном освоении как славянами, так и – до них – другими индоевропейцами пространств к северу от Судето-карпатской гряды. Для нас одинаково важно и отсутствие памяти и ее наличие в других случаях. В древнерусской “Повести временных лет” Нестора написаны слова, которым навсегда суждено остаться краеугольным

Винитария

ВинитарияПриходится настойчиво напоминать, что этноним – категория историческая, как и сам этнос, что появляется он не сразу, чему предшествует длительный период относительно узкого этнического кругозора, когда народ, племя в сущности себя никак не называют, прибегая к нарицательной самоидентификации ‘мы’, ‘свои’, ‘наши’, ‘люди (вообще)’. Кстати, такая идентификация очень удобна и применима как оппозитивная в случаях типа ‘свои’ – ‘чужие’**. Что касается ‘своих’, то можно, как известно, привести ряд примеров, когда этнонимы обнаруживают именно эту этимологическую внутреннюю форму: шведы (свей), швабы (све-бы). Чужих, иноплеменных оказалось удобным и естественным обозначать как “невнятно бормочущих”, а также – с некоторым